Перед занавесом.
Mar. 19th, 2017 03:22 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
imb_irjimb_irj
19 марта, 2017
Вот так бывает:
http://imb-irj.livejournal.com/2016/06/15/
Вчера во время "Валькирии" тоже было интересно.
В конце первого акта тенор в роли "Зигмунда" подозрительно захрипел.
Моя соседка по пульту сказала: "ой, а вдруг он не сможет петь дальше?"
Я призналась, что с радостью уйду домой после первого акта, мне всегда есть, чем заняться.
А перед вторым актом на сцену перед закрытым занавесом вышел Лауфенберг ( интендант и режиссёр-постановщик) и весело объявил:
"Уважаемая публика, наш тенор неделю назад стал отцом, вы понимаете, что это значит, но сейчас он принял лекарство, так сказать, забальзамировал свой голос, и будем надеяться, что он благополучно допоёт до своей смерти."
Театр грохнул смехом, занавес поднялся и Зигмунда по плану прибили во втором акте.
А роль Вотана пел известный бас Томас Майер, про которого говорят, что нос у него задран до небес.
Отлично пел, но на дирижёра и оркестр плевал с высокой вышки.
Вот мы за ним гонялись пристраивались.
А в последнем монологе он так замедлил, что коллеги в яме начали ногами нажимать воображаемые педали тормоза и упираться ногами в пол, как при торможении.
Ну и каждый такт в новом темпе, всё медленнее и медленнее, как в рекламе батареек "Duracell" с розовыми зайцами.
Ну ничего, мы его поймали.
А про тенора я уже писала, надо поискать...
19 марта, 2017
Вот так бывает:
http://imb-irj.livejournal.com/2016/06/15/
Вчера во время "Валькирии" тоже было интересно.
В конце первого акта тенор в роли "Зигмунда" подозрительно захрипел.
Моя соседка по пульту сказала: "ой, а вдруг он не сможет петь дальше?"
Я призналась, что с радостью уйду домой после первого акта, мне всегда есть, чем заняться.
А перед вторым актом на сцену перед закрытым занавесом вышел Лауфенберг ( интендант и режиссёр-постановщик) и весело объявил:
"Уважаемая публика, наш тенор неделю назад стал отцом, вы понимаете, что это значит, но сейчас он принял лекарство, так сказать, забальзамировал свой голос, и будем надеяться, что он благополучно допоёт до своей смерти."
Театр грохнул смехом, занавес поднялся и Зигмунда по плану прибили во втором акте.
А роль Вотана пел известный бас Томас Майер, про которого говорят, что нос у него задран до небес.
Отлично пел, но на дирижёра и оркестр плевал с высокой вышки.
Вот мы за ним гонялись пристраивались.
А в последнем монологе он так замедлил, что коллеги в яме начали ногами нажимать воображаемые педали тормоза и упираться ногами в пол, как при торможении.
Ну и каждый такт в новом темпе, всё медленнее и медленнее, как в рекламе батареек "Duracell" с розовыми зайцами.
Ну ничего, мы его поймали.
А про тенора я уже писала, надо поискать...
